Тег "жизнь"
А блогеры уходят в никуда…
Есть у меня наставничек. His name is Женя Литвин. Очень инициативный хлопецъ. Благодаря ему вам вменяется в
обязанность один-два раза в неделю вычитывать мои shalovlivye articles. Будто бы посвященные психологическим аспектам выживания в нечеловеческих conditions.
На самом деле, these articles, они – ни о чем. Одни – переливание из пустого в порожнее, другие – переливание из порожнего в пустое. И не потому, что не могу молчать! Могу. Но если молчу – корежит. Если пишу – корежит, но амплитуда меньше. Поэтому – пишу. А вы читаете. О выживании в человеческих условиях.
До знакомства с этим интернет-егозой («Litwin» от англ. “little”- мелкий +”winner”- победитель) я использовал сеть только for entertainment. Порносайты, чтоб освежить в памяти. Блог Темы Лебедева, чтоб поржать над чужой тупостью и забыть свою. «Скайп» – на халяву потрындеть с бывшими подружками. Одна в Канаде. Другая – на Аляске, с американским омоновцем (SWAT) сожительствует. И торренты, конечно же, торренты, для скачки всякого полунелегального контента.
КУХМИСТЕР TWENTY-ONE.
Сегодняшним утром я был разбужен жалобным писком «панасоника». Это не радио, и не будильник, а просто замечательнейшая хлебопечка, или, как ее называют американцы – «брэдмашин». Потом просыпается нос – он ловит тончайший аромат этанола, сливок и деревенского масла – испеклась к завтраку янтарно-пупырчатая французская булка! Почти уж три года я просыпаюсь под аккомпанемент этого запаха жизни и удовольствия, запаха мещанского и деревенского. Уже три года я не хожу в булочную, а, засыпав необходимые составляющие с вечера, ежеутренне взбадриваюсь мыслью о том, как отрежу еще теплый ломоть домашнего хлеба, намажу его маслом (можно без всего прочего), откушу его, ощущая на зубах нежный хруст изумительно вкусной корочки, и запью чашкою черного, как прошедшая ночь, кофию. Это дивное ощущение, придающее мне сил и радости на весь день-деньской! Никак не привыкну.
Открывая новую рубрику, мне хотелось бы обозначить ее направление. Кухня, как известно, это место, где готовится еда. Соответственно «кухмистер» – это мастер ее приготовления, демиург, колдующий над ингредиентами, составляющий композицию, которая соответствует массе параметров, призванными не только вызвать насыщение (как говорят русские – «заткнуть кишку») и привнести стройматериалы в виде белков, жиров, углеводов, витаминов и минералов, в бренное тело, но и улучшить настроение, удовлетворить эстетические экспектации. Лучше академика Павлова и не скажешь: «…Нормальная и полезная еда есть еда с аппетитом, еда с наслаждением». Обратите внимание, это говорит не отпетый эпикуреец, а физиолог, посвятивший жизнь изучению питания, скорее, с точки зрения алгебры, нежели гармонии. Труды великого соотечественника по физиологии пищеварения, как ни странно, легли в основу созданной венским профессором Фрейдом, научной теории неврозов, хотя оба эти гения были знакомы друг с другом лишь заочно.
Анатомия скорби.
Недавно провожали в последний путь пожилого джентльмена, отца моей приятельницы. Расслаивающая аневризма аорты. Человек, как кусочек рафинада, растаял в течение нескольких минут. Семьдесят второй год. Возраст, по нынешним меркам, не критический. Но случилось то, что случилось. Все говорили: не залежался, не намучил себя и родственников. С другой стороны – фактор неожиданности. Крепкий, казалось, был старикан.
Давно я не был на кладбище. Хоронят нынче, как и крестят, как и отпевают, не душевно. Всех скопом. В ряд – восемь могил. Конвейер. Не ритуал, а «утилизация тел». Похоронные процессии перепутались. Нашего еще не закопали, а из соседней толпы мне кто-то протянул пластмассовый стаканчик с водкой и грустный общепитовский пирожок с капустой. Я, чтоб не обижать, отказываться не стал. Расслабился немножко. Почувствовал, что чего-то не хватает. Да, точно – не хватало Ильи, восьмилетнего подростка, внука покойного. Они с дедом души друг в друге не чаяли. Тот занимался воспитанием своего первого и единственного, как он сам говорил, наследника. Родители Ильи люди деловые, занятые. Вот дедушка и взвалил на себя уход за пацаном. Гуляли, рисовали, в тир ходили, уроки учили. Всегда вместе. Тем более странно, что пацана не было на похоронах. Очень странно. Подошел к неутешному зятю и тихонечко спрсил, где сынок? Леша, немного помявшись, не открывая рта, буркнул: «Мы…это… решили ему пока не говорить». Отошел я, неприятно удивленный. Меня шепотом одернул мой институтский приятель: «Не лезь, когда тебя не просят. Ты, как заноза в ж…… Это не твой ребенок. Они на семейном совете решили пока не говорить. Сказали: деда увезли на операцию в Нижний Новгород».
