Тег "Гоголь"

ДЕНЬ РОЖДЕНЬЯ АНТИ-ЕВЫ.

 

I.

Третьего дня гуляли три дня по буфету. Институтский друган и собутыльник, Серега, выдавал дочку замуж. Давно я не был зван на свадьбы. По возрасту. Сверстники женятся, и повторно, и в-третьих, и в-четвертых, и уже без маскарада, и на юных девах. Потому похороны случаются чаще. Похороны — тусовка, конечно, не та, все чему-то удивлены и чем-то напуганы. Зато на кладбище можно объять всех и сразу.

За месяц до события «невеста» позвонила и пригласила на церемонию и праздничный ужин.

— Сколько ж тебе годков, Ксюшечка? — спрашиваю.

— Двадцать три, — молвит.

— Не против ли природы в столь свежем возрасте закатывать себя в асфальт тепленький? Может, погуляем еще, девочка? Годочков до тридцати, а в тридцать пять ребеночка родить можно, а?

— Вы, уж, дядя Гриша, за всех нас погуляйте, с вас станется, а мы традиционно прозябать станем, влача свой семейный жребий, не взыщите.

Ну, понятно, девочка умненькая, медакадемию в этом году закончила. Будет врачом лучевой диагностики. Красавица-раскрасавица!

— Ксюшечка, детка, ты ж мне, как родная. На руки, бывало, тебя малютку, возьму, ты сразу пукать начинаешь; пропукавшись, глазищами в меня вопьешься, слюнки пустишь, да как загулишь! За бороденку меня, мохнорылого, ручкой схватишь, да так оттаскаешь, не ребенок — ноотропил! В тебе, если, сомнение какое насчет замужества имеется — милости прошу. Это по моей части. Я, известно – циничный подонок, но группа поддержки из меня – хоть куда. Сколько я юношей с душой растопыренной и дев, сердцем замороченных, уговорил от преждевременной окольцовки, не счесть. Некоторых за пять минут до венчания! Говорили, что, мол, вспять невозможно, что, уж, гости в сборе, и студень сварен. И, представь себе, до сих пор благодарны, поздравления шлют. А недавно, один такой, что как порядочный человек обязан был жениться, но вовремя мною наставленный, прислал из Австралии полпуда копченой кенгурятины.

— Что ж вы, дядюшка, против супружества законного так настроены? Что в нем дурного, непотребного? Антропосы женятся, антропосихи замуж выходят, только вы бобылем неприкаянным маячите. Даже обидно за вас.

— Я, кистеперочка, стольких друзей-приятельниц, павших смертью храбрых на поле брани семейной, оплакал… Видишь ли, взаимно поднадоевшие супруги выделяют вовне такую гадость, в сравнении с которой боевые отравляющие вещества времен первой мировой — средства от запотевания подмышек. И не сразу сей ядовитый флюид действует. Через несколько лет. Исподволь. Отравляет, причем, обоих. Смотришь: до официального брака, были люди самобытнейшие, яркие индивидуальности, гордые и интересные. Только начнут жить вместе – где они? Куда все подевалося? Не-ту-ти. По отдельности шагу сделать не могут. Решения самостоятельного не примут. Вот, ей-ей, ягодицы разлученные – правая и левая. Одна без другой смешны и нелепы, почти бессмысленны, а сложишь вместе – все равно – жопа!

— Будет вам, дядюшка, юродствовать, да смешить меня. Вы приходите, да порадуйтесь со всеми.

— Ладно, — говорю, — непременно буду, погляжу, на ваш старт-апичек…

Читать далее…




Е-БУЧИЙ* РЕНЕССАНС.

«Господь охраняет своих любимцев от бесполезного чтения»
Лафатер.

 

Гоголь. Ну, тот, который «про заек». Приезжает как-то в Оптину Пустынь. С культовой целью. Помолиться, там, покаяться. С отцами святыми за жизнь погутарить. Не тут-то было! Обнаруживает случайно рукопись. Один монах навалял. МОЙ ЕБУК НА МОЕМ УНИТАЗЕФундаментальное философски-религиозное исследование «Мертвых душ». Николай Васильич читает ея всю ночь запоем. Босиком. В одних боксерах. При лучине. Забывает про урон для зрения. Понимает, что монах попал в самое яблочко. Поутру, изловимши послушника в катакомбах, вопрошает его с возмущением и восхищением:

— Отчего ж вы, не публикуете? Это непременно публиковать надо. Да-с.

— Довольно и того, что оно написано, — смиренно отвечает послушник. После чего растворяется вместе с бумагами в криптах Пустыни. Навсегда. Это реальная история.

 

Нынче «в стол» не пишут. Раньше писали. Хватит! Была цензура и нехватка бумаги. Гусиные перья и чернила. Свечки и Бенкендорф. Союз писателей Кабардино-Балкарии. А теперь оно сливается в блогосферу.

 

Стирается различье между писателями и графоманами. Для справки, писатель – этот тот, который не может не писать, но пишет не все, что приходит в башку, фильтрует, то есть; правит тексты, и занимается прочими, с точки зрения современной эстетики, ненужными глупостями. Графоман тоже не может «ни дня без строчки», но облекает в словесно-письменную форму все, что копошится в его изможденной тревогой черепушке.

Читать далее…




День Победы. 1:0 в пользу Гоголя.

Н.В.Гоголь

«Я всю жизнь боролся и ненавидел Гоголя и в 62 года думаю: ты победил, ужасный хохол»! Сие обидное высказывание принадлежит человеку образованному и утонченному,  Василию Розанову, считавшему, что Россию убила ее литература. Произнес он её, сгоряча, конечно, в 1918 году, обвинив, давно, уж, почившего в бозе писателя и в революции и в падении самодержавия. С одной стороны — Федор Михайлович Достоевский, любимчик психоаналитиков, с его малопонятными, раздвоенными, совершенно нереальными персонажами, с его гимнами во славу царя и отечества, православия и соборности, с другой — Гоголь, что «увидел русскую душеньку в ее преисподнем содержании».

2009-ый, названный ЮНЕСКО годом Гоголя, отметили мы вяло. Скучненько помянули классика. Пожадничали. Бортко снял «Тараса Бульбу», но в этом «Бульбе» Гоголя почти не осталось, не обнаружил я его там. Даже в предыдущей работе режиссера («Мастер и Маргарита») процентное содержание Гоголя было выше, чем в «Тарасе», хотя, в «Мастере и Маргарите» совсем не было Булгакова, но Гоголь был. Ладно, за «Собачье сердце» Бортко простить можно обезгоголенного Тараса!  Что совсем запутал я вас?

А еще помните, Калягин по телику говорил: «Гоголя на вас не хватает»! Действительно, был бы жив классик, как черканул бы пару статеек — так хоть всех святых выноси!  Гоголя всегда не хватает. И Гоголь завсегда актуален. Сколько бы лет не прошло. Хоть вперед, хоть назад.

 

Гоголь любимый мой русский писатель, и, каждый год я читаю его, и не надоедает, знаете ли. Он для меня — мерило, ну, как Ленин для клинического коммуниста. Читаю Николая Васильевича каждую весну. У соотечественников  по весне обострения: сенная лихорадка, шизофрения, астма, у меня — обостренное восприятие Гоголя. Нахожу в текстах его что-нибудь новенькое, хотя это «новенькое» покойного (бессмертного) Николай Васильича вскрывает каждый раз, что ничего не меняется. В нашей дорогой и горячо любимой Отчизне, по крайней мере. И вместо ощущения стабильности, какая-то горечь, и, может быть, даже досада оседает в душе, отчего же все по-прежнему, отчего же безысходность и хмарь?

Читать далее…




АНТИСЕМЬЯ 2.

Потеря лица.

человеческая почка на разрезе«И до какой ничтожности, мелочности, гадости мог снизойти человек! Мог так измениться! И похоже это на правду? Все похоже на правду, все может статься с человеком.<…> Забирайте же с собой в путь, выходя из мягких юношеских лет в суровое ожесточающее мужество, забирайте с собою все человеческие движения, не оставляйте их на дороге, не подымете потом!». Это Гоголь. О Плюшкине.

«И до какой же степени потери собственной индивидуальности может снизойти человек, объединившись с подобными же, в закрытое подсистемное образование под названием «семья»? Это уже я. О чем? А вот о чем.

Его зовут Юра. Ее зовут Света. Их сына зовут Костя. Они – семья. Когда общаюсь с ними по-отдельности, все как будто тип-топ. Когда они вместе, то Юра, Света и Костик исчезают. Появляются «мы». Химера. Голова одного, туловище другого, лапы третьего. И тут концов не найти. Даже не пытайтесь. Зря время потратите.

Приключается с ними одно событие. Катаются на лодке. По озеру. В Финляндии. Дача у них там есть. Лодочка пластиковая. Напарываются на подводный камень. В судне пробоина. Выплыли, а сотовые телефоны, все три, вышли из строя. Вода попала на микросхемы. На следующий день главу семьи посылают в ближайший населенный пункт за новыми. Телефонов, как пирожков с капустою!  Приезжает  в сельский магазинчик. Там акция. Продавец-чухонец предлагает: «Ес-сли куп-пите три од-динак-ковые «нокии» — будет вам от-тличная скидка-а»! Юрасик клюет, игнорируя фатальность такого подхода. Голодный лосось, в той же Финляндии, может клюнуть на пустой крючок. Привозит все три «мобилы» на место. Симочки вставляют. Жизнь продолжается!

Подышали свежим воздухом, пора и честь знать! Приезжают домой. Начинаются суровые трудовые будни «господ средней руки» с биржами, налогами, коррумпированными подьячими, ненавистью широких слоев населения. Первым к 7 утра на работу уезжает Юра. Человек он, по-характеру, как тот, с улицы Бассейной. Хватает первый попавшийся заряженный телефон, и, не особенно задумываясь о последствиях, летя в своем «ниссане», вникает по радио в индекс Доу-Джонса. Света и Костя, что просыпаются и впрягаются каждый в свое дело несколько позже, стоят перед выбором, чей же телефон – чей? У Светы – маленький бутичок, у Костика – школа, девочки-смсочки. Звоню Юре – попадаю на Свету. Звоню Свете – отвечает Костик. Вариантов меньше, чем в «Спортлото», но все же …! Это создает неудобства им, их близким, их деловым партнерам, мне. Но ничего не меняется уж пару лет. Звонишь, другой раз и гадаешь, кто ответит на том конце? Можно ставки делать. При всей «монолитности» этой семьи, могу допустить, что зубные щетки у них всех разные, у одного – красная, у другого – синяя, у третьего – «Колгейт», как и прочие аксессуары личной гигиены. А телефоны – одинаковые!

Карикатура Читать далее…




Кадры решают все!

Еще в начале своей проф. деятельности я давал своим пациентам видеокассеты с различными фильмами, полагаясь, как мне тогда казалось, на свой вкус. Мотив  был: делиться надо. Посмотрел хорошее кино — дай другому. Также пылится на полке.  Иногда после просмотра пациенты хотели обсудить увиденное. Приходилось слышать следующие интерпретации собственного подвижничества: «Я знаю, почему вы дали мне этот фильм… потому, что главный герой похож на меня» или «Совершенно непонятно, зачем вы обрекаете меня смотреть этот ужас, какое это отношение имеет ко мне? Вы хотите посмеяться надо мной», или «Еле досмотрела фильм до середины, заснула…» или «Спасибо доктор, после просмотра я понял,  в чем мои затруднения, захотелось жить и работать над собой» и так далее. Отмечу только, что речь идет об одной и той же ленте. Тем более интересен регистр ответов людей на одно и то же явление искусства. Конечно, кино – это фикция, художественная эксплорация, но в известном смысле оно и материально, и объективно,  и идентично, но лишь то, что записано на носителе контента – кассете, пленке, диске.  Самый простой ответ на вопрос: почему все смотрят одно и то же, а видят разное, конечно:«сколько людей, столько и мнений» или «все люди разные». Именно в силу своей простоты ответ этот со временем перестал устраивать меня.

Пациенты, а я обратил внимание на это сразу, гораздо охотнее обсуждают просмотренный кинофильм, чем собственные экстра- и интрапсихические события. С аналитической точки зрения это был вариант эгосинтонического сопротивления. Я прекратил «прокат» видеокассет, сказав самому себе, что «кормления» больше не будет. Практически все подопечные реагировали на это повышением тревоги. Тогда я снова стал раздавать фильмы и обсуждать их с людьми, игнорируя правило спонтанности классического психоанализа. И выяснилась интересная закономерность. То, что я считал сопротивлением, оказалось желанием пациентов обсуждать свои проблемы в третьем лице, через персонажей фильма. Собственно, все по-Фрейду: то, что сначала кажется препятствием, на самом деле, может стать одним из  инструментов терапии.

Кино – это продукт коллективного творчества. Многие деятели  киноискусства, мягко выражаясь, люди невротичные. Не является ли кино, в большей степени, чем литература, театр и живопись,  хорошо «закамуфлированным» посланием коллективного бессознательного, носителем групповых или системных комплексов и стереотипов?

Читать далее…




    Подписка
    Цитаты
    «Я не диктатор. Просто у меня такое выражение лица».
    Аугусто Пиночет
    Реклама