Коррупция отменяется!

 

«На самом деле» — очень модный ныне оборот речи. Означает он, что говорящий вот-вот посвятит тебя в истину в последней инстанции. Ты достигнешь просветления. Засветишься-запереливаешься. И всё, что ты знал прежде, на самом деле было не на самом деле.

На самом деле никакой коррупции в России нет. Заявляю об этом с  обреченностью склеротика-Галилея. Сомнение в ее (коррупции, не обреченности)  наличии, вернее – уверенность в ее отсутствии, основаны на той одержимости, с которой доминирование этого пошлого явления пытаются втюхать нам с помощью гипноза, НЛП, и прочих телевизионных фокусов. Как, когда-то было со СПИДом. Вы им болели?  Нет. Я тоже не болел. Хотя не всегда предохранялся. Триппер был разок, по малолетке, признаюсь…  А больных  иммунодефицитом видели? Нет? Видом-невидывали? Знакомые доктора тоже не видывали, но говорят, что он есть. Потому, что говорят. Те, кто. Я знаю несколько спидозников. Но они, по моему совету, давно, уж, перестали от него лечиться. И – дорого, и – тошнотворно. И ничего – живут, себе, поживают. Много лет. Таким образом, больные ВИЧ – это люди, которым сказали, что они больные ВИЧ. Кто-то из них мастурбирует втихомолочку, кто-то вообще бояться перестал, кто – обнаглел, кто-то подружку себе нашел, которой тоже сказали, что у нее СПИД. Каста! Но не Дива.

Вы давали кому-то взятки? Сували денежку потную? Я – нет. Не с чего. Да и некому. Однажды, правда, случилась ситуация – не берут. Так и говорят: «Не берем-с»! Мои знакомые тоже не давали. А у меня всякие знакомые есть, и беднячки, и середнячки, и крутыши. А! Докторишки и ГАИшники – главные мздоимцы?  Помилуйте, эта нищета-то, коррупционеры? Да они и болезни-то всякие несуществующие стали сочинять из-за вопиющей бедности,  не из лукавства. С гаишниками, правда, не вожусь, но врачебную-то пиздобратию, знаю, как свои «двадцать один» палец («очко»).

Читать далее…




Глубоководные старцы.

 

Позавчера посмотрел очередного «Познера». Давали Сергея Юрьевича Юрского. Два деда («дедами», правда, язык не поднимается их назвать, но пальцы…пальцы,  ничего,  смогли это  напечатать)  так славно тусили в прямом эфире, что я поймал себя на мысли вот какой. Если бы они разговаривали до утра, то я до утра бы вдыхал, как токсикоман этот  эфир, забыв о сне, куреве, и прочих потребностях (секс, мочеиспускание, еда). В дедулях есть глубина. Глубина, в противовес современному к(липовому) мышлению.Они не обсуждали ничего заумного, ничего инфернального, просто сидели и говорили о времени, о себе. Ими нельзя было не любоваться.»Эти глубоководномыслящие люди уходят», — подумалося мне. Мы еще их знаем и помним. Очень сомневаюсь, что познерские бдения смотрят молодые. Количество скачиваний в торрентах невелико. Именно благодаря глубоким людям мы еще как-то держимся. Если один из десяти тысяч думает глубоко — это гарантия выживаемости вида. Ибо — как же иначе? По пути эволюции растеряв и верхнее и нижнее чутье, закинув подальше интуицию и уничтожив многослойность восприятия, как мы собираемся  быть, творить? Не вытворять, а именно — творить. Юрский называет наше время — временем фонтанов…

Знакомый преподаватель Казанского университета на днях рассказал мне, как он принимал зачет по анатомии у первокурсников. Тема: кости черепа. Зачет шел из рук вон плохо, а под конец и вовсе забуксовал. Один студент, проучившись почти три месяца, абсолютно ничего не знал ни о черепе, ни о  костях, его слагающих, ни об отверстиях, бороздках и вмятинках. Расстроенный препод, что семестр сеял умное, доброе, вечное, в отчаянии воскликнул: «Ну, хоть что-нибудь вы знаете о черепе? Скажите, что знаете, ч-чёрт»! Студент берет в руку череп, и на расстоянии этой самой руки долго вглядывается в его пустые глазницы, после чего, без выражения, тихо произносит: «Бедный Йорик»…

Какое-то «унылое говно» (по Васе Обломову)  из Госдумы, думало-думало…(говно умеет думать?)  и посчитало (и считать?), что Познер и Ко раскачивают лодку. Уволить, б……!, с «перваго»! Да за Познера «Первому» можно простить все. И безвкусицу «первого», и гламурный его «гоп-стоп», и откровенный китт-ч, выдаваемый за постмодернизм. «Слышишь, Эрнст, я тебя прощаю»! Когда я вижу по телику этих бывших и недобитых, мне становится покойно, и где-то, как-то надежно…

 

Вчера ушел Стругацкий… обиделся, наверное…или устал?




КОМУ ОН НУЖЕН, ЭТОТ ВЕРДИ?

Валере Меняйло, редкому собутыльнику и человеку,  посвящаю…

 

Краткость категорически не желает быть сестрой моей. Краткость согласна  только на замужество. Краткость согласна на замужество при соблюдении мною принципов безусловной моногамии. Не слишком ли? Мне не нужна Краткость в постели! А кротость – тем более!  Моногамность я полагаю  пещернейшим из извращений. Моногамность противна мирозданию, а, стало быть, и самой природе моей*. Моногамность, невесть с какого дуба-ясеня,  рухнувшая на наши головы, рикошетом повредила и гениталии. Краткость я приемлю только в качестве сестры. Я влюблён в Обстоятельность и Детализацию. Из-за этого Краткость дразнит меня вислояйцым. С чего она решила, что я – вислояйцый? Все в тонусе.

Наплевать, пусть я – бездарность. Писать все равно буду. С модуляциями и обертонами, обсасывая подробности и шлифуя нюансы. Нравится вам слово «нюансы»? Раньше мне это слово  не нравилось. Скажу больше. Слово мне это было неприятно. Но полюбилось после одного случая. Пьянствовали, значит, мы с одной знакомой. Плотненькой, хорошо сбитой бабеночкой,  довольно экзотической внешности.  Знаете,  что мы делали? Не знаете! А вот мы что делали.  Смотрели  шоу Эллы Фитцджеральд. На ди-ви-ди. Последнее в ее жизни. Не в жизни моей знакомой, а в жизни певицы. Пение бабушки Эллы так меня растрогало, что  решил я сделать комплимент  Танюхе, полулежавшей-полудремавшей подле меня, вот-вот готовой съехать на пол. Хотелось сделать  приятное, сказав, что схожа она с Эллой. Но Танюшечка меня опередила,  произнеся это секундой раньше. Не про меня. Да не про то, что я похож на Эллу. А что она похожа на Эллу. Фитцджеральд. Слово «Фитцджеральд»,  далось ей нелегко. Она спросила: «Казак,  правда,  я похожа на Эллу Ф-т-ц-ж-р-л-д»? Сначала я кинул взор на экран «самсунга», потом на лик собутыльницы. Лик алкал подтвержденья идентичности  лику Эллы. А фигура, так вообще – один к одному! Я, глядя прямо в ее закрытые глаза, произнес:

— Еще б ты, блядь, так пел-ла, как Эл-ла, прости за каламбур»…

— А, вот это уже, Казак,  – нюансы»! – снисходительно прохрипела она и рухнула на вспученный ламинат датского производства. Как тунгусский метеорит вальнулась. С теми же последствиями.

Друзья-коллеги считают обстоятельность мышления, и, в частности, мою – событием,  порядка мозгового непорядка. Сие вполне, себе,  может проистекать от перенесенной черепно-мозговой травмы**. Даже одной. А у меня их было больше, чем баб. То, бывало,  о стену в подъезде ударишься, то подерешься, то забор башкой разнесешь на чужом «Харлее». В последний раз  ушиб я мозговой контейнер в баре. В прошлый четверг. Перебрал «гинессу» в «Джаггере». «Гинессу» с  водкой. Водку с собой принес. «Гинесс» приобрёл в розлив. Захотел в сортир. По-маленькому, разумеется. Стою у писсуара. Журчу себе, словно водопад Анхель***, какой, стараюсь попасть в пасть писсуара, не расплескиваясь по сторонам. Джинсы новые, на них мочиться жалко. Катька привезла из Эквадора.  Может обидеться — примет на свой счет. И в  момент полной опустошенности,  когда, тряхнув стариной,  можно, уж,   застегивать молнию, представляете, засыпаю….  Просыпаюсь от страшного грохота. Не назад  упал — вперед. Не знаю – что и лучше? Расшиб лбом кафельную плитку над писсуаром. Ну, и лоб, разумеется.

Читать далее…




МНЕ БЫ — В НЕБО.

«Меня так питает отчаяние»…
   (Рената Муратовна Литвинова).

 

Самолет набирает  высоту. И, как говорится, ничто не пред-ве-ща-ет…

Чу! Как по команде вываливаются из своих саркофагов сморщенные от времени кислородные маски: что-о, не ждали? Думали мы уже не понадобимся? Намордники конвульсивно дергаются на гофршлангах пред безмятежными взорами пассажиров, словно  висельники, оказавшиеся без  почвы под ногами. Душный запах талька  и слежавшейся за годы резины  не сулят  ничего хорошего. Тем более —  кислорода. Далее — глубокая воздушная яма,  захватывающая, в качестве заложника,  дух  всех 110 пассажиров и экипажа. Плененный  дух тут же квалифицируется, как никуда не годный.  Яма отрыгает его    в виде  стюардессы,  с ликом увядающей порнозвезды на  последней в  жизни,  киносъемке. Впрочем, мраморная  бледность,  рыхловатая конституция,  и руки, сложенные, для придания уверенности, за спиной, делают ее  схожей  с  Венерой Милосской бальзаковского стажа.

Голосом обреченной  шахидки  она металлически бубнит, что паника на борту не желательна.  Просто несколько разгерметизирвалась кабина. Звучит, почти как «я несколько не девственна». Советует  напялить на мордашки кислородные маски, не выступать,  не  шататься праздно по салону и без дела не занимать сортир. И зачем бы его занимать без дела?  В-общем, господа —  прижмите свои попки плотнее к креслу и ждите своей участи. На  неуместное замечание, что из масок не поступает кислород, воздушная проводница взирает на недовольного,  как на педофила. Надменно-брезгливо.  Не надо нервничать! Наберитесь терпения (где- где его набраться? – 220 глаз смотрят с надеждой),  пока самолет будет нарезать круги над Мос.обл., сжигая топливо, дабы совершить максимально возможно мягкую в создавшихся условиях, посадку. Все недовольные и суетливые приравниваются  к  террористам и немедля будут замочены без переговоров в сортире, который, как сказано выше, лучше держать в режиме ожидания.

Читать далее…




«ЛЮБОВЬ — ДИТЯ ПЛАНЕТЫ»!

 

Иисус сказал как-то, расчехляя секиру: «Я верил в любовь»… . «Любовь –  ашигрик», —  скорбно изрек  я после интриги одной тридцатипятилетней кареглазки. Сказал,  по-пионерски затушил костер (не трубку) мира,  и под едкий дух 17-кетостероидов стал вспоминать (возраст!), где зарыт топор войны. Может быть,  эту мудрость про ашигрик кто-то озвучивал и прежде, не знаю. Всё равно. В любом случае, все можно свалить на криптамнезию.

А еще один симпатичный молодой шизофреник, не далее, как вчера, обозвал меня «социальным импотентом», намекая, видимо, на мой отказ трудиться в штабе довольно известного единоросса. Пожалуй, следует шизофренику сделать  скидку на следующей консультации. За отвагу. Хотя… думаю, что речь идет о «социальной алибидемии», причем селективной. Я мог бы…, но  не хочу удовлетворять, кого ни попадя.

В состоянии философско-меланхолическом прогуливался по набережной воткинского пруда. В межфиасковый период меня просто-таки манит город, в котором я вылупился из яйца. Он оказывает на меня траквилизирующее действие. Там, как правило, находят приют  мои разбредающиеся (не бредовые) мыслеформы-овечки. Ну, ладно, пусть будут — мыслеформочки.

Шел я, шел,  и  в поле зрения вдруг попала бетонная, обглоданная плита набережного барьера. Плиты чередуются с металлическими решетками, как, впрочем,  и во всех иных полисах и мегаполисах отечества, отягощенных водоемами. И плиты,  и железяки, хоть и не создают ажурного узора, но функцию свою выполняют исправно: не дают выпасть жителям, особенно не трезвым,  в бездну прУда (почему-то сейчас стало модно говорить «прудА», особенно на местном телевидении), да  служат опорой для бомжеватого вида рыбаков, тщетно пытающихся добыть  мало-мальский провиант для чесоточных своих Муркок,  Бусек  и  Васек. Им, рыбакам, не так  важен улов. Скорее,   не очень-то хочется крыситься с изрядно поднадоевшими сварливыми и дебелыми бабами в утлых квартирках с сорокаваттным освещением. От них-то, местных фишеров, весь парапет  смачно покрыт несимпатичными харчками, рыбьими соплями, чешуёй и жалкими  лепешечками хлебных мякишей, что предполагались, как наживка для местной щеклеи, густеров и чебаков, но за неимением рыб в достаточном количестве, засохшие мякиши тешат могучие неизбалованные желудки санитарок-ворон, обнаглевших голубей, и не менее наглых воробьев.

Но не пещерная антисанитария приковала взор мой, а надпись, сделанная кем-то на камне:

Надпись

 

 

«Вот дурачок ненормальный»!- Подумал я и подошел к плите, чтоб ногтем поковырять краску. Краска не поддавалась. Хорошая краска. Возможно даже «Тиккурила».  «Это что же, он ведерко с краской сюда припер? Старатель! Не верь ему, Юлька! Это такой способ соблазна, блин! Этот малохольный  просто хочет таким образом затащить тебя в койку! И по форме – так себе, а содержание – вообще – дрянь»!

За  железной решеточкой следовал камень номер два:

Надпись на камне

 

«Боже мой, «солнышко»! После «солнышка» он забыл запятую. Это — обращение. Ха-ха-ха! Ой, не могу!  Да на такие комплименты не реагируют даже пэтэушницы-готы! Или — «готки»? Поскольку они все на одно лицо, с власьями цвета «voron glass» и пирсингом на одних и тех же местах, пусть будут – «одноготками». Соответственно «колготки» — это коллектив пэтэушниц-одноготок! Так вот, молодой человек, даже унылые девчонки, что соревнуются в степени отрешенности с самой Гай-Германикой, не поведутся на такую лабуду»!

Литос номер три нес на себе информацию на басурманском, да еще «арочкой», что должно было, по-мнению ваятеля, придать ту же форму бровкам его возлюбленной:

Надпись на камне

 

«Что ж, «ай лов ю», несомненно, говорит о том, что ай-кью творца  где-то в промежутке меж кроманьонцем и палеоантропом. Все равно – гоминид! Решил объясниться по-английски, подонок? А почему не по-французски? Нет, пацан, если Юлька не клиническая дебилка, у тебя никаких шансов! Расслабься собственноручно. Нечего гадить на камни, кончай прямо в кратер своего только что опушившегося  пупка и угомонись! В твоем возрасте это можно повторять два-три раза в день. Лучше натощак».

Через парочку секунд выяснилось, что может и по-французски: ого! Наши ставки растут!

Надпись на камне

 

«Юлька, дура, все равно, не покупайся, беги со всех ног от этого стоунрайтера-ублюдка!

Надпись на камне

 

Итальянского  от влюбленного uomo, я, признаюсь,  не ожидал. «Ти амо» — звучит довольно эротично. Особенно, если шепнешь в персиковое сладкое розовое ушко.  Не забудь перед признаньем почистить свои кривые зубки, полиглот! Я рекомендовал бы что-нибудь с прополисом.

Шестая малая архитектурная форма несла послание на чистом немецком! С берлинским прононсом, как у Раабе. Или вам больше нравится вестфальский, с не столь выраженным грассированием? Начиная именно с этого камня, мальчишка стал мне интересен. Он что же, всю набережную своими надписями обделал??? А это километров пять! После традиционных языков пойдут экзотические: древнешумерский и гэльский? Сеятель!

Надпись на камне

И правда, надпись номер семь, просто-таки возбудила меня! Вернее не возбудИла, а возбУдила, как прокурора. Говорят же они на профессиональном жаргоне: возбУждено уголовное дело! «Ну, все! У Юльки никаких шансов! Быть тебе, Юлька, ………ла-ла-ла»!

Надпись на камне

На том  надписи на прибрежных каменьях прекратились. Полагаю, что цель была достигнута! Романтик! Интересно, а парень этот, по мере надобности  письмена сочинял, или «шоково» — опубликовал все сразу, предполагая, что Юлька будет дефилировать (walking) по местному бережку, и всенепременно опупеет от  его художеств? От дефиляции  к дефлорации…

Влюбленные… они выглядят смешно…дурачки-дурачками…но я немного им завидую. Захотелось влюбиться… Шел я, шел, и насвистывал весьма популярную в семидесятые писню.»«Веселые ребята»




ШИЗОФРЕНИЯ ИЛИ ЭКЛЕТИКА?

 

Вчера я посетил милый сердцу моему фаттерлянд – город Воткинск. Имя города отчего-то веселит тех, кто о нем никогда не слышал прежде. Хотя его название происходит вовсе не от любимого зелья всех россиян, но от реки Вотки, на которой он имел неосторожность расположиться. Воткинцы пьют вовсе не больше прочих обитателей России. И не меньше. Воткинцы (и я в том числе) предпочитают называть себя «чебаками», по прозванию мелкой рыбешки, когда-то активно тусовавшейся в  Вотке и прочих местных водоемах. Но город знаменит не мною. В нем родился великий Чайковский, композитор. Всех времен и народов!

Благовещенский собор в г. Воткинске

Все что уцелело от старого Воткинска – пара-тройка купеческих улочек. Несколько церквей. Некоторые порушены, некоторые, как это сейчас модно – восстанавливают. На центральной площади стоит храм, в пору моего детства называвшийся домом культуры им. Ленина и кинотеатром «Спутник».  Храм нынче реставрирован. И это очень мило! Он очень украшает городскую набережную.

Однако…при въезде  на храмовую площадь вас ожидает маленькая неожиданность! «Свят…свят…свят»! «Чур меня»! Прямо перед входом,  всё также вызывающе стоит сомнительного художественного  свойства  изваяние коммунистического гегемона, вождя и учителя В.И.Ленина (Ульянова)! Дом культуры вновь преобразован в дом божий, но Вождь все также своей задницей обращен к западному пределу действующего храма!

Памятник В.И.Ленину в г.Воткинске

Памятник В.И.Ленину в г.ВоткинскеСочетание, согласитесь – не очень. На фоне фигуры Ильича даже не так, уж, и бросаются в глаза аляповатые рекламные щиты на храмовом заборе,  один  из которых пытается убедить нас, что тут «зарабатывают много и честно». Последнее утверждение выглядит несколько одиозно в контексте последних историй с РПЦ, квартирами и часами Патриарха.

На мой вопрос, нельзя ли гегемона пододвинуть, знакомый воткинский чиновник объяснил, что это не представляется целесообразным из соображений социальной стабильности. Предпринимались меры по низвержению идола с постамента, что вызвало, будто бы недовольство прокоммунистического чебацкого электората, с выступлениями, пикетами и бузой. Многие из храмовых прихожан  молятся и Назаритянину и языческому идолу симбиржца. «Демократия – в действии»! На том и порешили. И Иосифович и Ильич должны мирно уживаться на площади маленького предуральского городка. В головах моих соотечественников, вообще, много чего, уживается…  И Христос и Антихрист. Это тем более забавно, что некогда на месте храма было языческое удмуртское капище.  Диалектичненько!

Памятник В.И.Ленину в г.Воткинске




«Был бы милый рядом»…

Дыховичная в фильме "Портрет в сумерках".«Портрет в сумерках»….  Сумеречное расстройство большинства женщин населяющих эту планету? Автоматический режим «съемки»(«съёма»), как в бюджетной фотокамере? А че там думать? Поставил на автомат и сымай! Какие еще могут быть нюансы и худ. замыслы? Или создателям (создательницам)  этого милого фильма не дают покоя лавры «Ночного портье» Лилианы Кавалли? Подъездный минет вместо минета в роскошных апартаментах (существенна ли разница?), русский мент вместо нациста (злободневно), бизнесмен вместо дирижера? «Ах, мы к этому привыкли», —  скажете вы, — мы этого почти не видим, и иногда чувствуем себя даже вполне счастливыми». Я хочу, чтобы вы посмотрели этот фильм, если не видели, а коли видели, то посмотрели бы еще один раз. Есть о чем поспорить……..




    Подписка
    Цитаты
    «Развестись – все равно, что быть сбитой грузовиком; если тебе удается выжить, ты уже внимательнее смотришь по сторонам».
    Джин Керр
    Реклама