Прокурор мне дело шил…(1)

В.Г.КороленкоА вот сейчас я вам расскажу, как меня в экстремизме обвинили и разжигании межнациональной розни. До тех пор и не знал я даже, что в УК статья такая имеется. Теперь знаю. История вышла весьма занятная и поучительная, для меня самого, в первую очередь. И ведь знаки же были.

Знаки.

Возвращался я из путешествия по благословенной Норвегии. Настроенье – чудесное. Границу финскую на «Льве Толстом» пересекаю. Таможенники в сумочках брезгливо порылись, как положено. Собачка ихняя, что наркотики  локализует, в моем рюкзаке отчего-то надолго задержалась. Финны напряглись. Кусок салями, недоеденный мной,  она там слопала.  Заулыбались чухонцы, извиняются. После колбасы  наркотики она искать не захотела, нюх, видимо, потеряла,  легла в купе , спать приготовилась. Да не жалко мне для всякой пернатой твари еды. Собачек люблю, даже таких нахальных.

Тут на нашу территорию въехали, и проводница радио в коридоре громко включила. Пока по Суоми тащились – тихо было, а как на родине – пожалуйте громкого радио послушать! Первое, что услышал я, идя по коридору вагонному, сигареточку в тамбуре с соседом датчанином выкурить, был выпуск новостей. Ну, новости, так новости. Давно мы дома не были, надо послушать, что в стране нашей бескрайней творится. Железный голос, как-то особенно, по-нашенски железно (на западе дикторы такими голосами не разговаривают), произнес: «В генеральной прокуратуре России…» и бла-бла-бла, что-то или про Ходорковского, или про Березовского….  Я – дома! Очень меня этот радиоведущий тонизировал. Сразу куда-то сине-зеленые туманные норвежские картинки с величественными фьордами, резвящимися средь нерестящихся селедок касатками, дружелюбными лицами потомков викингов, испарились. Я – дома. Голос в радиодинамике протрезвляет, рекомендует скинуть приятную усталость от общения с троллями. Не рекомендует даже, а призывает. Появилось напряжение, которого не было, пока я, практически пешкодралом,  бродил по северу Скандинавии. В голове появилась музычка: «Прощай, Норве-е-е-гия, о-о-о-о-о….». С поезда, отчего-то спрыгнуть захотелось, растаять в клюквенных лесах, да, поздно – выборгская таможня, для русской собачки-наркоманки и колбасы-то не осталось.

Я дома. Захожу. Требовательно подмигивает автоответчик, захлебнувшийся за время моего отсутствия ностальгирующими людьми. Ну-ка, думаю, поглядим, кто тут по мне абстинирует? И кто бы вы думали? Про-ку-ра-ту-ра. Сорок два сообщения. И все, как одно – от прокурора. И все, как ку-клус-клоны: «Срочно позвоните в октябрьскую прокуратуру, вы тут по уголовному делу проходите», или «Вы проходите по уголовному делу в октябрьской прокуратуре, позвоните срочно!» или «В октябрьской прокуратуре вы проходите по уголовному делу. Срочно позвоните». Голос такой же, как у диктора в матюгальнике вагонном. Прослушал все сорок две прокурорские весточки, как предпоследний идиот! Напряжение телесное и душевное, появившееся еще на границе нашей державы, усилилось.Вот, блин, думаю, воскресенье сегодня и до утра завтрашнего я ничего не узнаю, маяться буду.

За вами пришли…

Во входную дверь кто-то позвонил. Открываю, а там – амбалы здоровенные, вчетвером в камуфляже стоят с автоматиками маленькими-маленькими. В прихожую молча входят. Дело известное, струхнул. Чего же это я мог натворить такого, что меня целый наряд опричников брать собирается?

Один из них, старшой наверное, говорит мне так сурово: «Паспорт ваш». Я рукой трясущейся из широких штанин достаю паспорт заграничный, протягиваю. Он поглядел, повертел, и снова вопрошает: «А отечественный имеется»? Из рюкзака достаю милый российский. Зырк: он то на паспорт, то на меня. На фотке  там я еще волосатый, а наяву, в прихожей, уже побритый. Вот он и сравнивает, я или не я. Уж от волненья такого и сам то понять не могу, со мной это все происходит или не со мной ? Ну, грешен, курил травку я с молодым голландцем на верхней палубе парома «Хюртигруттен» в Тролльфьорде, да это ж когда было? Дней пять тому назад. Чувствую себя, как герой сериала про сталинские репрессии, не больше, ни меньше! А вернее – вообще тела своего не чувствую.

Тут,  этот, паспорт мне отдает и достает ксиву. Заполняет ее на тумбочке из ИКЕИ и говорит: «Придется штраф заплатить. С вас 240 рублей». Я отошел маленько. «За что», -спрашиваю. Он: «Так вы три недели назад квартиру на охрану сдавали? Сдавали. Сейчас ее вскрыли, а на пульт не отзвонились. За ложную тревогу и выезд бригады штраф полагается, 240 рублей. Оплатить в течение трех дней». Тут только увидел я на карманах камуфляжных молодцев желтым по черному: вневедомственная охрана. Вспомнил, что перед отъездом на север Европы, в квартире своей установил охранную сигнализацию от татей. Расписался в ксиве той. Молодцы покинули «приют убогого чухонца» со словами: «Внимательней будьте в следующий раз».

Здание прокуратуры Удмуртской республики

Глубокий выдох. Захотелось уже снять джинсы. Походить. Иногда это помогает. Походить без штанов.Аппетита не было. Желание принять ванну, для смытия дорожной пыли, отсутствовало. У меня зазвонил телефон. Нервически хватаю трубку. Там Голос.

— Григорий Валерьевич?

— Да…

— Казаков?

— Да…

— Октябрьская прокуратура. Следователь Иванов.

— Да…

— Вы…почему от нас скрываетесь. Сообщения наши получали?

— Я не скрываюсь (жалобно) я…я за границей был….

— Проверим… (металл в трубке звенел).

— А что случилось-то?

— Вы бы зашли к нам. Показания  снять надо. Вы тут по уголовному делу у нас проходите.

— По уголовному?

— Давайте-ка не по телефону. Все подробности при личной встрече. Зайдите…ну, скажем…часа в четыре. На мне дело висит…..

— Так воскресенье же….

— Не принципиально. Как говорится: раньше сядешь – раньше выйдешь. Я сегодня весь день дежурю. Жду.

Трубка издала жалобное «пи-пи-пи» и я туго начал вспоминать, где же в нашем городе прокуратура? Его «раньше сядешь – раньше выйдешь» навеяло: «тише едешь – дальше будешь», «шила в мешке не утаишь», «или я ее — в загс,  или она меня — к прокурору», «жи-ши пиши через Ы». Под этими мантрами я кое-как принял душ. Уже на выходе вспомнил, что не почистил зубы: «свежее дыхание облегчает понимание». Когда чистил зубы, появилось чувство отчаяния и бессмысленности этой чистки. Зашел к соседу Леве, что «сидел», спросить, где прокуратура. Похмельный Лева, не удивившись, объяснил, где прокуратура.

Я шел по безлюдным почти улицам (или мне казалось, что они безлюдны?) равнодушного серого городка. Очутился на центральной площади и решил зайти в ЦУМ. Зачем? Сам до сих пор ума не приложу. Зашел в ЦУМ. Он в сравнении с европейскими «моллами» показался мне затрапезной потребкооперацией. На кой-то черт, купил огромный тефлоновый вок. Дорогой. Итальянский. С огромным пакетом пошарашился в прокуратуру.

Прокуратура, чертоги Вотана, древнегерманского Бога-охотника, Бога-преследователя, находилась в скучном, хай-текоподобном сером многоэтажном здании. Мраморный вестибюль. Охранник, раскладывающий на допотопном компе пасьянс. Изящно закругленный железный прямоугольник металлодетектора.

-Что в пакете? – грозно спросил страж, когда я путано объяснил ему цель своего появления.

— Вок, — отвечаю.

— Что?

— Сковорода…

Цербер взглянул на меня, как на клинического дебила.

— Какая еще сковорода? Зачем вы на допрос со сковородой являетесь?

— Шел. Понравилась сковорода, купил по дороге.

— Сковороду придется оставить.

Очень в тот момент мне хотелось этого сторожевого пса по башке сковородкой…. Но собак я люблю. Сковородку пришлось оставить.

Следак, тот был поприличнее. Он быстро, в доходчивой форме, казенным языком, как пономарь, объяснил, что произошло.

Ты помнишь, как все начиналось?

Полгода тому назад я давал интервью одному замызганному местному журналисту. Речь шла о депрессивности нашего региона. О том, что мы, почти, первое место в мире занимаем по количеству самоубийств на душу населения. Вернее – на сто тысяч душ. Экономического роста – никакого, пьянство, отсутствие социальной активности населения и т.п.  Журналюшка и выведывал, в чем, мол, причины?

— Вот, говорю, смотри – весна, тонкий лед на пруду, а мужики по нему, все равно, как на работу, тащатся, с риском для жизни, на подледный лов. Думаешь, рыбу они очень любят? Да и какая в нашем городском пруду рыба? Мелочь одна, да и та, вся химией провоняла. Они не имбецилы. Они так депрессию апатическую лечат. Острыми ощущениями. Идут по тонкому льду, тот скрипит под ногами – экстрим! На гидроциклы и дельтапланы у простого народа денег нет, а острые ощущения необходимы. Человек депрессивный через эти ощущения только себя и чувствует. Эту нашу особенность приезжали изучать и французы, и американцы из «Сьюисайд Интервеншн», и все, как один, говорят – не медицинская это проблема, а в чем причина, непонятно. Правильно удмурты местные говорят – «гондыр куш» — медвежий угол, энергетическое захолустье. Глоба, выступавший с лекциями о влиянии светил на судьбу, тоже отметил скверную энергетику местности. Но никто не может сказать, отчего у нас так все тут плохо. Много диссертаций защитили,  научных трудов опубликовали — ничего не работает.

— И что с этим делать? – назойливо журналюга-очкарик интересуется.

— Пробовали лечить симптоматически, без знания причин болезни, то есть. Видишь, когда есть проблема, сразу создаются всякие организации и комитеты. Деньги, порой, немалые выделяются. Проблема при этом не решается, а подзаработать на этом можно. Любая хворь только тогда вылечивается, когда знаешь, что ее вызывает.

— А есть у вас какие-то версии, доктор?

— Почему версии? Знаю я точно, отчего мы живем в такой заднице.

— И почему?

— Слушай, Слав, говорить об этом бесполезно, потому, как, даже твоя желтая газетенка всей правды не напечатает, по причине уже вышесказанного: проблему никто решать не желает, потому, как,  есть проблема – есть деньги на ее решение. Разрубишь, если гордиев узел, то другой завязывать надо, и под это, снова бабло выделяется. Вот, взять, к примеру, ближневосточный многовековой конфликт. Ты что думаешь, его нельзя разрешить, что ли? Да, если бы та же ООН сильно напряглась по этому поводу, и евреям, и арабам показали бы фаллос здоровенный, сказав при этом: «Ребята, а, ну, прекратить базар, не то международное сообщество так с вами круто обойдется, такие санкции  введет, что мало не покажется»! Так нет, вся эта шизофрения вялотекущая продолжается, и все на ней зарабатывают. Мифотворчество! Чем непонятней, тем лучше. Евреи историю про Моисея сочинили, чтоб объяснить свое нахождение в земле обетованной, «где течет молоко и мед».

— Ну, а к нам-то это какое отношение имеет?

— О, у нас-то еще круче. Ты же знаешь, что через два года мы собираемся праздновать 450- летие добровольного вхождения Удмуртии в состав России. Поговори с местными историками, с удмуртами, желательно, они тебе такое расскажут. Удмурты до Ивана Грозного язычниками были. Дети! Жили в лесах, верили в своих каменных и деревянных богов. «Джон зе Терибл», как англичане нашего царя называют, решил объединить свое царство под эгидой Христа. К вотякам, как раньше удмурты назывались, приходят опричные бандюганы. «С завтрашнего дня, — говорят, — будете в русского бога верить»! Вотяки переглядываются: зачем им русский бог, у них своих предостаточно. Головами мотают и отвечают так гордо: «Не будем»! Опричники царские, как известно, людьми были не особенно сентиментальными. Устроили они серию образцово-показательных казней. Кровищи вотской было! По колено! Зверствовали, как древние шумеры. Напугали аборигенов до смерти. Снова спрашивают: «Будете в русского бога верить, собаки»? Вотяки решили, посовещавшись, не рисковать. И так-то немного их было. Многих еще порубили. И говорят их старейшины: «Ладно, ладно, так и быть, присягнем Христу». Присягнули.  Но христианство приняли они формально,  по ночам все равно молились своим каменным бабам, водяным, злобу затаив. Уже в веке ХVIII местные урядники по приказу сгоняли вотяков в храмы, хотя бы по одному представителю от каждой деревни. Приказ такой был. В архивах данные  имеются. Они и в храмах молились, и капища свои языческие не забывали. Тут еще в 90-е годы позапрошлого века, чтоб окончательно вытравить дух природный, обвинили вотяков в людоедстве. Так вечно бунтующий писатель Короленко встал на их защиту. По причине своих очень либеральных взглядов, Владимир Галактионович неоднократно ссылался в наши места и вотяков знал хорошо, очень они ему нравились, жалел он их.  На суде, как адвокат, спас несколько обвиненных в человеческих жертвоприношениях крестьян, отчего и считается удмуртами национальным героем.

При советской власти отношение к местному населению было иронично-снисходительно- покровительственное, в институты принимали вне конкурса, на месте Вятской губернии организовали Удмуртскую АССР, даже президентами ее были удмурты, это национальной политикой называлось. Последний из них, хороший мужик, до сих пор здравствует. Эта политика протектората привела к тому, что большая часть удмуртов спилась, целые деревни болели сифилисом и трахомой, слово «вотяк» стало ругательным, как «ниггер» в штатах. Удмурты и до сих пор колдовством «промышляют»,  генетически сохранив затаенную враждебность к завоевателям.

— Так вы доктор, что, и в колдовство верите?

— Что значит верю? У Юнга когда спрашивали, верит ли он в бога, он отвечал: «Я не верю, я знаю». Я, милок, за двадцать лет работы, такого нагляделся, волосы встают дыбом.

— И как это работает? – поинтересовался борзописец.

— Как работает? Это физика. В науке, которой я служу, есть понятие такое: негативная психология. Если ты находишься, энное время, вместе с человеком, испытывающим к тебе скрытую враждебность, настолько скрытую, что он и сам о ней, порой, не догадывается, то враждебность эта, может тебя разрушить даже физически. Психика одного человека может влиять на твою психику и тело. А если это группа враждебно настроенных к тебе людей? А целый народ? Нет, каждый отдельный удмурт не желает тебе зла, но когда их негативные бессознательные семантики суммируются, создается очень вредоносная среда, в которой мы вязнем, как в болоте. Допускаю также, что это поле действует на неудмуртов также и потому, что они, то есть мы, можем в ответ, на их генетическую обиду, испытывать бессознательную коллективную вину. А эта вина и является «входными воротами» разрушительных тенденций. Ты женат?

— Женат, есть дети.

— Вот, скажем, ты изменяешь собственной жене, она догадывается, а ты виноватым себя чувствуешь, она злится, но открыто высказать этого не может, ну, экономически зависит от тебя. Ее негатив может вызвать у тебя серьезные проблемы с эрекцией, когда ты встретишься в очередной раз со своей подружкою.

— Ой, доктор, как-то все очень сложно. Сразу в голове не укладыватся. Да и жене своей я не изменяю. Человек я верующий…

— Да нет, все, как раз  просто. И есть лекарство от этого хорошее. Покаяние.

— Попросить у удмуртов прощения, что ли?

— Попросить только прощения не поможет. Ты же сам говоришь, что в церковь ходишь, там тебе святые отцы не объяснили, что такое покаяние? Публично покаяться тоже можно, хоть это и эрзац, конечно, но, коли был бы я президентом республики, то отменил бы в наименовании праздника слово «добровольное». А если уж так праздновать нравится, оркестры, фейерверки всякие, Баскова позвать, то посреди всей этой мишуры,  я сказал бы: «Братья удмурты. Не старшие и не младшие. История совместного проживания на одной территории не всегда была безоблачной. Очень иногда драматичная была эта история. Простите нас, Христа ради, и ради всех ваших многочисленных языческих богов, за то, что было. Шляпу бы снял и поклонился в пояс.

Журналист скуксился и кривовато улыбнулся:

— Так теперь и монголам, может, перед нами, извиниться за Чингисхана?

— А почему бы и нет. Хуже, по крайней мере, не будет. И Марлен Дитрих перед советской публикой извинилась за Гитлера, не упала с нее корона. Надеюсь, искренне она это сделала. И Папа Римский за злодейства церкви покаялся. Мне приятель рассказывал, когда он с лягушатниками фармбизнесом занимался, француз, представитель фирмы «Сервье», на банкете,  во время обильных возлияний «Наполеоном»,  встал и чистосердечно так, на плохом русском, произнес, к русичам обращаясь: «Ребята, извините нас за Наполеона»! Наши думали сначала, он за коньяк извиняется. Но хороший был коньяк, не паленый «Наполеон». А он за интервенцию Бонапарта, оказывается прощения просил. Расплакался даже. Очень наши аптекари  этом тронуты были.

— Что ж вы, доктор, до сих пор молчали? Интересная теория….

— Боюсь, Славик, сумасшедшим объявят и в каталажку посадят. То, что ты сейчас услышал, «it is not for a people», как говорят американцы. Давай-ка чайку лучше выпьем, да разойдемся, подобру-поздорову.

Чаю выпили. Уходил бумагомаратель задумчивый какой-то. Если бы знать я мог, во что эта его задумчивость потом мне обойдется! Опубликовал-таки он интервью со мной, через полгода, правда. Называлась статейка эта, тоже по-дурацки: «Депрессия на тонком льду».

Вот сижу теперь перед царским сатрапом, как (извините за нескромность) Владимир Галактионович Короленко, когда-то. Говорю, были же знаки!

(продолжение следует).

Опубликовать у себя:

Подпишись на обновления блога по email:

19 комментариев
  1. Rushana:

    Поздравляю искренне с новым проектом (продуктом психологической индустрии). Теперь мы настоящие коллеги.Есть несколько профессиональных советов как издателя к издателю

  2. Dr.Gregory, сочувствую,может тот журналюга в погоне за жареным ,все перевернул с ног наголову,они такие!!!Сама однажды обожглась,общаясь с ними. Так и хочется сказать словами Шарикова: «А мы их душили,душили».Ударение на первый слог.Или как Иван Грозный, на кол всех журналистов!

    • Журналисты, надо сказать, действительно народ своеобразный. Хотя всю ответственность за произошедшее я беру на себя, из чего вывожу правило: «С барменами — только о погоде». Когда посредственности сообщаешь сокровенное, то это сокровенное тебя уничтожит. Были прецеденты и в мировой истории. Не я сказал: «Не мечите бисера….»

      • Душа моя,уж не испытываете вы чувство вины? Ну, реально попали впросак, с кем не бывает? То что народец обиженный,тут другого мнения быть не может,только обида эта культивировалась много веков,так легко ее не переваришь! Многим народам насильно предлагали принять христианство, и что?Живут и здравствуют, просто философия жизни у них другая,а господа сатрапы — у них же план,план в смысле раскрываемости! И потом, у нас же в стране демократия,что вижу то и пою!

  3. Поц:

    О! Дохтур! Вы таки дунули. Поздравляю с опусом. Правду о своих мыслях и ощущениях легко писать, да?

  4. Поц:

    Ну, каждому Окелле да будет шанц промахнуцо. В Дохтуре сразу стал виден человек, побитый жизнью и понявший опыт. Но таки чертовски скучно вам. Видимо потому что слишком часто повторяете очень ограниченное число собственных сюжетов, за которые, по неведомой причине, прямо таки когтями держитесь.

  5. darya:

    свяжешься с мразью — замажешься грязью
    это в продолжение «раньше сядешь — раньше выйдешь».
    а насчет истории завоевания удмуртов я не в курсе была, надо поинтересоваться. хотя христианство с распростертыми объятьями никто не принимал. добрые христиане везде огнем и мечем себе дорогу прокладывали.
    а в целом теория интересная и имеет право на жизнь.

    • …да и других теорий никто не предлагает.

      • Ну вы не правы,а если посмотреть на проблему с точки зрения природного проживания,кругом болота и леса,а болотистая местность это,смрад ,грязь,и т.д плюс что пьем и едим?Вывод напрашивается сам.По поводу» добрых «христиан,в Грузии на 400лет раньше было принято христианство,чем на Руси,но некоторые езыческие праздники ассимилировались и теперь празднуються на равне с другими,христианскими.Что вы скажете по этому поводу?

        • Болота — это легкие планеты. Что касается языческих «вкраплений» в христианство, то особенно это очевидно в православии. Просто это лишний раз доказывает, что христианство возникло не на пустом месте, а ассимилировало все самое «полезное» (не всегда лучшее) из религий-предшественниц.

  6. МАРИНА-Nimfa.:

    Так леса же,легкие планеты,если удмурты относятся к финно-угорской группе,то почему им не взять пример, с тех же финов, венгров. Живут же себе,да еще как ЖИВУТ! А может их как хантов внести в «красную» книгу?

    • Нет не леса, а болота. Именно в болотах Земли происходит основное чудо газообмена. Тезис же о том, что планета «дышит» лесами, был создан в советское время, когда Госмелиорация была государством в государстве. Осушалось все, что попадалось под руку. Результат — налицо.
      Удмурты — очень симпатичный народ, и, если бы они взяли пример с тех же венгров или финнов, то «нокией» они не ограничились, пошли бы дальше. Здесь — проблема национальной самоидентичности. Та ситуация, в которой они исторически очутились, это довольно сложно.

  7. МАРИНА-Nimfa.:

    Может им статую, типа Свободы или «Рабочий и колхозница» поставить где-нибудь на берегу реки Чепцы? Чтобы путь указали и компас в руки всем дать?

    • Опыт показывает, что главное — не мешать. Как у Спока: не охраняйте ребенка от дома, охраняйте дом от ребенка! Может возникнуть самостоятельное желание повзрослеть. Взять, хотя бы, наших удмуртских «бурановских бабушек». Еще чуть-чуть, и они бы «сделали» Евровидение».

  8. Meta_Morphoze:

    журналист значит не очень попался..)))
    пошла читать продолжение) уже заинтриговали)

Оставить комментарий

    Подписка
    Цитаты
    «Ирония – последняя стадия разочарования».
    Анатоль Франс
    Реклама