- "Колыбельная для Давида"
- Все болезни от нервов!
- Кинофрения
- Кухмистер ХХI века
- Новости
- Перемена местности
- Старый, что малый…
- Хронический трудоголизм
- Человек человеку – волк?
- ПАНИЧЕСКАЯ АТАКА. ПРОФИЛАКТИКА. ЛЕЧЕНИЕ.
- А блогеры уходят в никуда…
- “Дунькина радость”.
- На балу бабочек.
- ПЕЧАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ О ТОМ, КАК Я РАСКРЫЛ ЗОНТИК ВО ВРЕМЯ ЗОЛОТОГО ДОЖДЯ.
Archive for апреля, 2010
Ненавижу День Победы!
Одна пожилая хирургическая сестра поведала мне любопытную историю. Когда-то она была маленькой ( жила на Украине), и с рождения болела кожной болезнью – все тело ее было покрыто гнойными коростами. Местные врачи и колдуны пытались ее лечить, но безуспешно. Хором сказали, что девочка – не жилец. Деревенские дети не хотели с нею играть, плевали в нее и обзывались. Прокаженная! Их село заняли немцы, и надо же случиться такому счастью, что именно в доме ее родителей расквартировались два немецких офицера-доктора. К местному населению фрицы относились очень лояльно. Один из них, герр Пауль, однажды схватил шестилетнюю Марусю на руки, раздел ее, посадил на колени, и медленно начал втирать в кожу неизвестную вонючую мазь из желтой склянки, щебеча что-то по-своему. Кожу драло и щипало. Мать сказала девочке, что дядя немец хороший и ничего не надо бояться. Когда процедура была закончена, врач отдал остатки крема отцу Маруси, с трудом объяснив, как им пользоваться. Вскоре немцы ушли из села. А кожа маленькой девочки стала гладкой и чистою. Сейчас ей за семьдесят. Каждый раз, когда она посещает храм, то ставит свечу (интересно – за здравие или упокой души?) тому замечательному фрицу. Еще она часто причитает: “Вот помру когда, на том свете, герру Паулю поклонюсь низко и все ручки ему расцелую”!
Это – ее война.
Моя бабушка, оперировавшая раненых практически на передовой, о войне рассказывать не любила. Она встречалась со «своими» 9 мая. Плакала, когда по телевизору объявляли минуту молчания, и горел огонь на могиле неизвестного солдата у кремлевской стены. Лишь незадолго до смерти она слегка по этому поводу разоткровенничалась.
У меня есть одна реликвия – одеяло, до сих пор отлично сохранившееся. Оно – американское. Трикотажное. Темно-серого цвета. Посредине – черные буквы «US NAVY». Возможно, лендлизовское . Такие одеяла выдавали всем сотрудникам полевого подвижного госпиталя 569, попавшим в окружение под Кувшиново, в калининской области. Одеяла были разноцветные, но бабушка выбрала единственное серое. Она всегда была хорошею портнихой, и придумала, чтобы выйти из окружения, из этого одеяла сошьет себе платье, английскими буквами внутрь, и сойдет за гражданскую, может быть, немцы не тронут.
Вообще бабка до войны занималась самой мирной работой: была акушером-гинекологом. Встречала вновь прибывающих. Преподавала в институте. Но когда в сорок первом случилось это блядство, никто, ведь, особенно и не разбирался. Умеешь скальпель в руках держать? Вперед и с песнями! Вот так она стала непосредственным свидетелем той жуткой бойни.
Не было медикаментов. Оперировала бедных мальчишек без наркоза и днем и ночью. Стакан спирту (в лучшем случае) – и на стол! Она рассказывала, что врачи, фельдшера засыпали на ходу, падали и просыпались.
Однажды во время операции немцы начали бомбить. В операционную палатку попал снаряд. Погибли все, кроме моей Александры Андреевны. У нее была контузия. И до конца жизни она как бы покивывала головой, особенно, когда нервничала.
“АНТИХРИСТ”
Привет. Разрешите открыть второе заседание нашего виртуального киноклуба. Только что посмотрел новую работу Ларса фон Триера и решил сразу обсудить его “Антихриста” с вами. Фильм посвящен памяти Андрея Тарковского, у которого, как признался сам Триер, он “воровал” всю жизнь. Тарковский же говорил, что если после просмотра зритель сразу пишет режиссеру письмо, то он, скорее всего, шизофреник. Пусть я буду шизофреником, но ребята, это стоит видеть, если, конечно, вы еще не видели!
В рецензиях на фильм чувствуется прохладца. Зажравшимся Каннам, где состоялся премьерный показ “Антихриста” показалось, что режиссер просто издевается над зрителем. Мне же представляется, что фильм, скорее хулиганская импровизация! Посмотрите! Не знаю, разделите ли вы мой восторг, но послевкусие от такого кино остается надолго. Изящно. Умно. Глубоко. Впрочем, как всегда у Триера. Есть о чем подумать и поговорить. Жду с нетерпением ваших комментариев. Будут баталии!
P.S. Могу ли попросить, чтобы вы смотрели фильм на английском, с нашими субтитрами? Диалогов не много, буквочки на экране отвлекать сильно не будут.
КУХМИСТЕР TWENTY-ONE.
Сегодняшним утром я был разбужен жалобным писком «панасоника». Это не радио, и не будильник, а просто замечательнейшая хлебопечка, или, как ее называют американцы – «брэдмашин». Потом просыпается нос – он ловит тончайший аромат этанола, сливок и деревенского масла – испеклась к завтраку янтарно-пупырчатая французская булка! Почти уж три года я просыпаюсь под аккомпанемент этого запаха жизни и удовольствия, запаха мещанского и деревенского. Уже три года я не хожу в булочную, а, засыпав необходимые составляющие с вечера, ежеутренне взбадриваюсь мыслью о том, как отрежу еще теплый ломоть домашнего хлеба, намажу его маслом (можно без всего прочего), откушу его, ощущая на зубах нежный хруст изумительно вкусной корочки, и запью чашкою черного, как прошедшая ночь, кофию. Это дивное ощущение, придающее мне сил и радости на весь день-деньской! Никак не привыкну.
Открывая новую рубрику, мне хотелось бы обозначить ее направление. Кухня, как известно, это место, где готовится еда. Соответственно «кухмистер» – это мастер ее приготовления, демиург, колдующий над ингредиентами, составляющий композицию, которая соответствует массе параметров, призванными не только вызвать насыщение (как говорят русские – «заткнуть кишку») и привнести стройматериалы в виде белков, жиров, углеводов, витаминов и минералов, в бренное тело, но и улучшить настроение, удовлетворить эстетические экспектации. Лучше академика Павлова и не скажешь: «…Нормальная и полезная еда есть еда с аппетитом, еда с наслаждением». Обратите внимание, это говорит не отпетый эпикуреец, а физиолог, посвятивший жизнь изучению питания, скорее, с точки зрения алгебры, нежели гармонии. Труды великого соотечественника по физиологии пищеварения, как ни странно, легли в основу созданной венским профессором Фрейдом, научной теории неврозов, хотя оба эти гения были знакомы друг с другом лишь заочно.
“Полузакрытое” письмо Путину.
Многоуважаемый Владимир Владимирович!
Мы не любим власть, мы над нею смеемся, мы ее критикуем, мы над ней издеваемся – это нормально. Мы так поступаем не потому, что мы вредные, и вечно чем-то недовольные, а потому, что нам обязательно хочется найти кого-нибудь, кто виноват в том, что нам плохо.
Я тоже не люблю власть, тоже над ней иронизирую, все мне не так, да не эдак. Но сегодня…сегодня мне стало Вас жалко. Нет, честно, я пару часов назад видел ваше выступленье по телевизору, и даже заплакал. Сидел на кухне, суп ел гороховый, из пакетика, так слезы прямо в тарелку капали, суп получился пересоленый. При том, что человек я не очень сентиментальный. Вы отчитывались перед думскими боярами. Ну, отвечали на вопросы, заготовленные загодя. Стандартные вопросы – стандартные ответы. Ничего интересного. Если б не одно. Вы же, господин премьер- министр тяжело больны. Я врач, хоть и занимаюсь болезнями нетелесными, все равно, диагноз вам выставил: острое респираторное вирусное заболевание. Вы, «наше все», кашляли, чихали, говорили не своим голосом, осипшим, непутинским. Рыдаю и думаю: “Не его голос! Неужто царя подменили, ироды”!
Когда Вы о преодолении кризиса вещали, еще ничего, я держался, послушал, сколько-чего выделено было на дальнейший подъем и на пенсионеров. Слезы только-только подкатывали…
Но сдержаться я не смог, когда вы о достижениях в социальной сфере рассказывать попытались, об успехах нашего дохлого здравоохранения, о миллиардах, которые на национальный проект выделены, на повышение зарплат моим коллегам, на лекарства. Что же это такое, спросил я себя через душащие меня слезы, если столько бабла вы нам, врачам, с плеча царского, даруете, чтобы мы, как можно лучше вас лечили, как же мы, сволочи, оправдать не можем возложенную на нас ответственность? Мы вас дорогой В.В. Путин, от элементарного насморка вылечить не в состоянии. Вам бы в постельку, на бюллетень, градусничек под мышку, компрессик на лоб, и вторая леди государства морсику из финской клюквы чтоб принесла. Есть у вас дома, я чаю, пакетик с клюквой мороженой в морозильничке? А вы с такой интоксикацией вирусной, и на работу. Боитесь уволят, что ли? Да не посмеют! Вы бы поберегли себя, сейчас стране без вас – никак! А депутаты, депутаты-то! Нет, чтобы пожалеть Вас, ехидничают сидят, один зевал даже. Видят зайцы-засранцы: старому льву совсем плохо, обнаглели, рожи всякие корчат, бояться перестали, причем на всех уровнях. И Минсоцразвития – тоже хорош! Больного премьера на всю страну слабым выставил и о своих достиженьях высказываться велит! Вы для меня, Владимир Владимирович, раньше всегда средоточением здоровья были, спортом увлекаетесь, хмельного в рот не берете, не курите.
Не верьте, не верьте им, Владимир Владимирович. Все они Вам врут! Нету у нас никакого здравоохранения – одна рухлядь и дымящиеся руины от него остались. Один-два врача вменяемые в городе, да и те – горькие пьяницы поликлинические. Все прочие в теплые страны улетели, как птички перелетные, стыдно им стало во всем этом участвовать. Я вот тоже думаю, глядя на все это, что лучше, может мне тоже пить начать, или в Ирландию махнуть, волонтером, за умирающими ухаживать? Звали меня знакомые. Правда – вот уж несколько лет таким тяни-толкаем себя и ощущаю.
Не давайте, дорогой Путин, им больше денег на здравоохранение. Все спустят, или разворуют. Пустите-ка эти средства на нанотехнологию какую-нибудь, или, правда, давайте долину силиконовую, под златоглавой, забабахаем. У нас это в традиции – народ от голода подыхает на Украине, а мы ракеточку, на последние, из заначки страшной, с собачками учеными, на орбиту выводим.
А домой когда вернетесь, лягте, и аспиринчику байеровского выпейте, всякие модные терафлю и упсарины не используйте. Эти штуки заморские, дорогущие, только бедным старухам врачи, что с аптекарем в сговоре, от простуды выписывают. Укутайтесь потеплее, чайку травяного с липовым цветом заварите. Даст бог, и снова вы здоровенький будете, на радость нам, на страх врагам. Да прикажите, чтоб митрополит молитовку за Вас заздравную отслужил, лишнее не будет. А как восстановитесь, так сразу же разгоните всю эту холобуду негодную, что от простуды вас не уберегли и в низком свете перед камерами позировать принудили!
Поправляйтесь. С преогромным уважением и слезами в сердце доктор Ivan Zhukoff (для конспирации).
ПАМЯТИ ЛЕОПОЛЬДА ЗАХЕР – МАЗОХА …
Давеча я вам страшную историю рассказал. Но есть и другие («вы песен хотите – их есть у меня»). Со счастливым финалом.
Сначала моим пациентом был Он. Тоже юрист, между прочим. Тихий, спокойный, неразговорчивый человек. В пост перестроечную неразбериху поднялся, пальто кашемировое купил себе, туфли ручной работы приобрел, офисные. Я даже и не знал, что такие в природе бывают. Теперь знаю. Но не имею. Офиса нет. Жена его – учительница. Решил он, что негоже половинке такого состоятельного мена дебилов в школе математикой мучить. Приказал ей дома сидеть, за двумя сыновьями следить, да ему обеды концептуальные подавать. Он повелел. А она послушалась. В горнице, конечно, порядок. Цветочки, салфеточки. Детки не сопливые и накормленные. На кухонной плите сковородочки тефлоновые с котлетками сочными шкворчат. В отпуск – все вместе к ласковому теплому морю. Одним словом, удалась жизнь!
Этот паренек, не был готов к своему успеху, и на фоне валящихся на его голову благ материальных, стал сильно поддавать. Раз с работы бухой приходит – дельце удачное обмыли с дружиною, другой раз «на кочерге» – мытарей удачно вокруг пальца обвели, братину пускали по кругу, третий раз, вообще шофер его на себе, как витязя поверженного притащил. Тут бывшая учителка и заголосила-запричитывала: «Что же, это, мол, такое, любезный наш супруг, происходит»? А он ей: «А кто вы такая, сударыня, чтоб мене укоры чинить и уму-разуму наставлять? Я, деньги, между прочим, зарабатываю, а вы, голубка, в тереме день-деньской сидите. Вот и не воркуйте! И вообще, я сейчас намерен ванну принять с солью заморскою и отдохнуть опосля прилечь, так вы, уж будьте так разлюбезны, женушка, эту самую ванну мне заварганить. Она возопила: «Да, вы, милый муж, в эдаком состоянии, в ванне утопнуть можете, меня вдовой оставив, а малых отпрысков наших – горькими сиротами». Он ей как, р-раз! И по челу кулаком. А она, не будь дурой, да сдачу ему. Он, рассвирепев окончательно, так отмутозил ее, что ни одна уважающая себя богадельня б не приняла. Не человек – месиво! Все побито: и перси и ланиты. Живой труп. Зомби. Как глянул он, опомнился, что натворил, да еще на глазах у деток малых, так сразу побежал на поварню, из бельевого шнура смастерил себе петельку, и голову просунул в нее. Повис. Хрипит. Трепыхается.
То, что от супруги осталось, с ложа как-то поднялось, будто Феникс-птица, какая. До поварни добралося, и ножом самурайским, бечевочку, с бьющимся мужем, перерезало. Он на ламинат червленый кухонный бухнулся, рядом с нею. И вот сидят они друг дружки супротив: она – полупокойница и он, недоудавленный, с веревкой на багряной шее. Долго ли, коротко ли сидели, с ужасом неподдельным присматриваясь, только старшой ихней, опомнившись, стал соседей звать на помощь. Люди помогли, конечно. И «лекаря» вызвали и урядника. Ее – прямиком на операционный стол, его – в обезьянник. У нее, между прочим, очень сильные повреждения были. Половина ребрышек белых покоцаны, одна ключица «в смяточку», перелом основания черепа, и много чего еще, изувечено. У князя – только бороздочка на шее, даже хрящики все целые. Вовремя она мужу на помочь явилась. Святая!
Были у него родственники влиятельные, из кутузки мигом изувера выручили, ну, на лапу кому-то, как положено в такой ситуации, дали. Дело прекращено было. Заявляется он в терем – детки пуганные с бабушкой реабилитацию проходят. Поехал он к супруге в гошпиталь. Долго лекари и мертвой и живой водой ея тело окропляли. Они говорят ему, состояние, хвала всевышнему, и нам, рукодельникам, стабильное, но лицезреть она вас не желает, потому, как очень вы ее сильно напугали и обидели. Он потом сестер милосердных чем-то сильно растрогал, а может, целковым ручку им золотил, но до супружниного тела, таки, добрался. Она гордо отворачивает от него чело искалеченно и молвит: «Ступайте, мол, прочь отсюда, господин, присутствие ваше очень для меня тягостно, и вообще, приняла я решение брак наш подвергнуть расторжению». Из очей ясных слезоньки ручейком собираются, да скулит так жалостливо, залеточка. Он обещает ей на путь праведный стать, все злато и серебро мира к ногам принести. Та – ни в какую! Помыкался он помыкался, бедолага, да и ушел, не солоно хлебамши.
ПАМЯТИ МАРКИЗА ДЕ САДА…
Умению вовремя задавать правильные вопросы американские психоаналитики натаскивали нас, как бладхаундов. Никогда не задавайте вопросов вроде «Ты все еще поколачиваешь собственную жену»? Что вам ответит человек? Если «да» – то, значит, он садист. Если «нет» – это означает, что раньше он это делал, а теперь, по каким-то причинам, это прекратил. «Раздевайте» клиента постепенно». Все просто и понятно.
Так, вы все еще поколачиваете собственную жену? В животном мире особенно отличились в плане истязания самок – гамадрилы. Обезьянки не самые человекообразные, по внешнему виду – странный микс обезьяны и собаки. За что лупят? За непослушание, за измену родине (во время драки двух приматов за банан, пыталась переметнуться к более сильному самцу), бьют, когда плохое настроение, бьют, «чтобы служба медом не казалась», и бог знает, за что еще. Ну, забьет он до смерти одну – ответственности никакой. Да и самок у него – целый гарем. У более высокоразвитых – горилл, и, самых близких к нам, шимпанзе, избиения самцами милых дам практически не встречается. В этом смысле, сразу после гамадрилов следуем мы, люди.
Вы уже поняли, сегодня речь пойдет об избиении слабого пола сильным. Бывает и наоборот, но реже. Бьют, еще, как бьют! XXI век, а они их лупят и будут лупить еще долго. Ситуация эта разрешается просто. Но решать ее никто не собирается, все только вид делают. А я попробую нырнуть поглубже.
Моя коллега, Александра Олеговна Шмелева, очень, между прочим, хороший психотерапевт, занималась этой проблемой вплотную. На деньги какого-то американского миллиардера создала контору под названьем «Теплый дом». В это нагретое местечко со всех концов города сбегались несчастные избитые тетки всех возрастов и социальных сословий. Там их даже кормили с рук дедушки Сороса, давали кров и ночлег.
Проводилась грандиозная, хотя и абсолютно, на мой взгляд, бесполезная работа по психологической реабилитации жертв семейного террора. Воодушевленные такой поддержкой международных организаций и фондов, созданных по инициативе таких же битых, дамы возвращались домой к своим полностью раскаявшимся мужьям, молившим о прощении. Через энное время (с правильностью месячных) избиения повторялись, женщины вновь становились клиентами «Теплого дома», объединенные ненавистью к своим поработителям. Ели, спали, инсайтировали, снова возвращались к мужьям-садистам. Все повторялось опять и опять…
Цикличность и повторяемость событий индивидуальной жизни великий Фрейд называл проявлениями инстинкта Танатоса – древнего бога смерти, уносившего души несчастных греков в царство Тартара. По-русски, это означает, вы не живете, перестали развиваться, эволюционировать, прозябая в замкнутом невротическом круге, воспринимаемым за жизнь, что может привести вас к могиле раньше времени.
АНТИСЕМЬЯ 2.
Потеря лица.
«И до какой ничтожности, мелочности, гадости мог снизойти человек! Мог так измениться! И похоже это на правду? Все похоже на правду, все может статься с человеком.<…> Забирайте же с собой в путь, выходя из мягких юношеских лет в суровое ожесточающее мужество, забирайте с собою все человеческие движения, не оставляйте их на дороге, не подымете потом!». Это Гоголь. О Плюшкине.
«И до какой же степени потери собственной индивидуальности может снизойти человек, объединившись с подобными же, в закрытое подсистемное образование под названием «семья»? Это уже я. О чем? А вот о чем.
Его зовут Юра. Ее зовут Света. Их сына зовут Костя. Они – семья. Когда общаюсь с ними по-отдельности, все как будто тип-топ. Когда они вместе, то Юра, Света и Костик исчезают. Появляются «мы». Химера. Голова одного, туловище другого, лапы третьего. И тут концов не найти. Даже не пытайтесь. Зря время потратите.
Приключается с ними одно событие. Катаются на лодке. По озеру. В Финляндии. Дача у них там есть. Лодочка пластиковая. Напарываются на подводный камень. В судне пробоина. Выплыли, а сотовые телефоны, все три, вышли из строя. Вода попала на микросхемы. На следующий день главу семьи посылают в ближайший населенный пункт за новыми. Телефонов, как пирожков с капустою! Приезжает в сельский магазинчик. Там акция. Продавец-чухонец предлагает: «Ес-сли куп-пите три од-динак-ковые «нокии» – будет вам от-тличная скидка-а»! Юрасик клюет, игнорируя фатальность такого подхода. Голодный лосось, в той же Финляндии, может клюнуть на пустой крючок. Привозит все три «мобилы» на место. Симочки вставляют. Жизнь продолжается!
Подышали свежим воздухом, пора и честь знать! Приезжают домой. Начинаются суровые трудовые будни «господ средней руки» с биржами, налогами, коррумпированными подьячими, ненавистью широких слоев населения. Первым к 7 утра на работу уезжает Юра. Человек он, по-характеру, как тот, с улицы Бассейной. Хватает первый попавшийся заряженный телефон, и, не особенно задумываясь о последствиях, летя в своем «ниссане», вникает по радио в индекс Доу-Джонса. Света и Костя, что просыпаются и впрягаются каждый в свое дело несколько позже, стоят перед выбором, чей же телефон – чей? У Светы – маленький бутичок, у Костика – школа, девочки-смсочки. Звоню Юре – попадаю на Свету. Звоню Свете – отвечает Костик. Вариантов меньше, чем в «Спортлото», но все же …! Это создает неудобства им, их близким, их деловым партнерам, мне. Но ничего не меняется уж пару лет. Звонишь, другой раз и гадаешь, кто ответит на том конце? Можно ставки делать. При всей «монолитности» этой семьи, могу допустить, что зубные щетки у них всех разные, у одного – красная, у другого – синяя, у третьего – «Колгейт», как и прочие аксессуары личной гигиены. А телефоны – одинаковые!
Подписаться по RSS
Подписаться по E-mail