ВРЕМЯ ЗАПЧАСТЕЙ.

 

«Пришла пора соборов кафедра-а-альных». Это у вас. А у меня – пришло время запчастей. Меняю зубы. Не все. Только особо отличившиеся в трудной борьбе за выживание. В процессе смены ощущаю себя не полноценным. Кусаться не могу, как прежде. Блендер воспринимаю, как второй хуй.  В этом смысле – кореш-блендер принимает фаллическое звучание. Ж-ж-ж-ж-ж! Зае…ала ностальгия по куриным хрящикам.  Смузи-шмузи. Вся еда мелкодисперсная. Манная каша жидкая — через соломинку. Друзья мои, собутыльнички-подельнички, в попытке меня, беззубого, поддержать, острят. Прямо выходят из себя. Чтобы мне весело было. А что у меня вискарь через переднюю дыру в зубах выливается на промежность, никого не волнует. Нельзя сказать, чтобы промежность, и всё при ней, были в восторге от этого. Пьяная промежность и гениталии – угроза общественной морали. Промежность опаленная чего-то все просит, а голове не можется. Чаще бывает наоборот. Мастурбация с пантенолом – тоже удовольствие ниже среднего! Бухаешь-бухаешь, и похмелья приличного нет, как нет. Все вокруг маются-опохмеляются с утреца, пошлостями сорят, а ты – дурррак-дураком…

Читать далее…




МОРТАЛ ШАББАТ.

 

Это у вас – шаббат. У меня суббота – день сатурналий (Saturday). Я вернулся с московских гастролей. Устал. Работал нон-стоп. Жил при клинике. Там же столовался. Мылся в кабинете косметолога. Дважды в день. Плохо спал – ночью по клинике шастает Призрак Опер-ационной.  Я не клиническая приживалка. Не экономлю на гостинице. Just не люблю ездить в метро. Устаю. Знакомые приглашали погостить у них. Я вежливо отказался –  мои  портяночки они б запомнили надолго.

Читать далее…




ЭКЗОТИКА.

 

Приезжаю в Москву. На Казанском вокзале, меня, с налёту захватывает одна кинопродюсерша, обещает довезти на гигантском «хаммере» до клиники АТЕ на Октябрьском поле. Консультирую прямо на ходу. Проезжаем через последнюю кафушку в Москве, где еще можно курить. Забегаловка называется » Остров надежды». В благодарность за talking-cure кинодива предлагает ключи от квартиры в центре. Там я могу останавливаться, когда она в командировке на Каннском фестивале или экспедиции. Интим не предлагает. Спасибо.

Запись в клинике полная. Звонит дама с монополярной манией и требует ее принять. Только не в клинике, а более экзотическом месте. В ресторане, например. Отказываюсь, ибо одет неподобающе, да и нынешний «Арагви» не считаю экзотическим местом. Предлагаю встретиться ночью в морге.
— А разве в вашей клинике есть морг? — игриво интересуется она.
— Организуем-с! — отвечаю ей под одобрительные кивки медсестер с рисепшена. Девчонки не прочь подработать. За определенную плату готовы сыграть роль утопленниц с Истринского вдхр.!
Надо чуток отдохнуть. Сегодня — в ночное.




СОН.

 

Боже, до чего я докатился! Мне приснился сон. Деталей не помню. Был Путин и многотысячная толпа. Народ скандировал, как в Древнем Риме: «Идущие на хуй, приветствуют тебя, Цезарь»!




SOS!

 

Нынче много кабачков. Впечатление, что знакомые, увлеченные выращиванием всяких турнепсов, а среди них есть очень приличные люди, решили свезти весь урожай этих фруктов ко мне на дачу. Я раньше брал на постой домашних питомцев, даже морских свинок и попугая. Заслужил звание «Гриша — лучший друг животных». Но зверей отдавали временно. Кабачки оставляют навсегда! К тому же кабачки не фауна, а флора. Вся кухня в кабачках! Длинных, коротких, прямых, или загнутых, как члены при фибропластической индурации (болезни Пейрони), жёлтых, зелёных, белых. Да, кухня похожа на отдел магазина «Шпилли-Вилли», торгующего «дилдо» (это не реклама)! А они всё везут и везут. Вручая очередной плод, пошленько острят, типа: «Вы, док, кушать, или жить с ним будете?», ссылаясь на Раневскую. Без Фрейда и Раневской — никуда.

Читать далее…




ВДОХНОВЕНИЕ.

 

Живу на даче. Один-одинёшенек. Купаюсь. Ем. Пишу нобелевский роман. Хорошо-то как! Звонит старая подруга. Просится в гости. Отнекиваюсь. Она умоляет: «Казак, я не стану  мешать. Сварю тебе супчику и буду шёлковым веером отгонять мух от чернильницы». Отсылаю ей смс-кой стих Гандлевского:

Я родился в год смерти Лолиты,

И написано мне на роду,

Раз в году воскрешать деловито

Наши шалости в детском саду.

«Тусклый огонь», шерстяные рейтузы,

Вечный страх, что без стука войдут,

Так и есть — заявляется Муза.

Эта старая блядь тут как тут».




КОГДА ЗЕМЛЯ БЫЛА СОВСЕМ ЮНОЙ…

 

Статья написана для ижевского журнала «Город».

«Существует только природа.
Все остальное – мнение».

Антонио Менегетти.

Катюша подхватила самую загадочную из бытовых хворей – депрессию. Катюша – мой друг уже двадцать лет, если вам верится в дружбу разнополых. Катюше — 43, она привлекательна и более чем успешна с точки зрения истэблишмента. Я не мог помочь – исповедовать собутыльника не совсем этично. Либо ты drink-friend, либо — пациент. Посоветовал коллег, которым доверяю. Ни душеспасительные беседы, ни антидепрессанты не уменьшали её сердечной тоски. Катя напоминала случайную, чудом выжившую жертву перестрелки зареченских и колтоминских гангстеров. Причина её меланхолии – чудовищные отношения с мужем. Без обратной связи. Она твердила, что Котя — любовь всей её жизни. Котя, как всегда молчал… Он мне никогда не нравился.

Тем временем мы с приятелем собрались в Исландию, страну тогда малоизвестную и потому манящую. Депрессивная Катюня, не найдя исцеления ни в золофте, ни в водке, стала напрашиваться «третьей», что в наши планы не входило. Баба на корабле, пафосная и ноющая, плохо вписывалась в чисто мужскую компанию. Ничто её не радовало, а в Исландию с двумя врачами махнуть была не прочь! Как могли, мы конечно, отбрыкивались. Кэйт стояла на своём. Била на жалость, врачебный и христианский долг, угрожала суицидом.

Читать далее…




    Подписка
    Цитаты
    «Если вы заметили, что вы на стороне большинства, это верный признак того, что пора меняться».
    Марк Твен
    Реклама